• Реальный курс валют в Измаиле
    Суббота 21 сентября

    Валюта

    Покупка

    Продажа

    USD $

    24.30
    24.50

    EUR €

    26.70
    27.00

    RUB ք

    0.365
    =
    0.380
    =

Тайны Измаильской крепости

28 июля в 20:15
Тайны Измаильской крепости

 

окровища Генуэзской башни
28 июня 1940 года части Красной Армии перешли Днестр – началось освобождение Бессарабии. В Измаил вступила прославленная Чапаевская дивизия. Здесь я догнал её. Меня оставили при штабе дивизии и разрешили заняться раскопками. В тот же день я отправился в Измаильскую крепость. Не прошло и получаса, как передо мной поднялись поросшие бурьяном холмы – остатки окружавших некогда крепость земляных валов. Возле них тянулись широкие и всё ещё глубокие канавы – старые крепостные рвы.
Время пощадило мечеть. Полустёртая надпись на арабском языке у входа извещала об имени строителя, о годе, когда каменщики сложили её для прославления Аллаха. Ближе к берегу Дуная лежали остатки Генуэзской башни (находилась, где ныне вход в затон судоремонтного завода – авт.).
Вот, пожалуй, и всё, что сохранилось от непреступной когда-то твердыни.
Около мечети мне посчастливилось познакомиться с человеком, который хорошо знал здешнюю местность и так же, как и я, являлся страстным собирателем древностей. Это был Ириней Фёдорович Костенко – учитель Измаильской мужской гимназии.
Узнав о цели моего приезда, Ириней Фёдорович обрадовался. 
- Хорошо… Можете рассчитывать на нашу помощь! - сказал он и взял с меня слово побывать у него. 
Дом учителя стоял в саду, среди деревьев. Вдоль  стен, у крыльца и кое-где по саду белели старые мраморные статуи с отбитыми руками и ногами, с надписями на греческом и латинском языках. Мы вошли в дом. В комнатах было прохладно. Густая листва деревьев не пропускала внутрь летний зной. На шкафу, на подоконниках и на столике стояли терракотовые фигурки.
- Это мой музей! - с гордостью произнёс учитель. – Кое-что я откопал сам, кое-что принесли ученики. Под земляным покровом крепости имеется ещё немало интересного. Нужны раскопки! Вот глядите, - сказал он и протянул руку. На его ладони лежала, тускло поблёскивая серебром, старинная арабская монета. – Найдена мною в развалинах Генуэзской башни.
Нашу беседу прервал стук в дверь.
- Это мои ученики, - проговорил Ириней Фёдорович.
В комнату вошли девять подростков лет шестнадцати. Верховодил ими высокий черноволосый парень. Его звали Иван Баталов.
Вечером в полковом клубе я беседовал с красноармейцами и командирами о прошлом Измаила. Когда слушатели узнали, что я хочу произвести раскопки в крепости, нашлись желающие помочь мне. На следующий день рано утром старшина взвода сапёров Никифор Дергач привёл ко мне человек пятнадцать красноармейцев. С ними пришёл и Ириней Фёдорович. Учитель рассказал о старом подземном ходе из крепостного колодца, который ведёт к берегу Дуная. Когда-то турки пользовались им, а теперь этот ход затерян. Никто не знает, где он.
Ириней Фёдорович привёл нас к Дунаю и показал большое углубление в береге, а в нём - кирпичный полусвод. 
- Треба зараз копать! – настаивал старшина.
Мы взялись за лопаты и принялись расчищать вход в подземелье. Вскоре красноармейцы откопали узкую выемку, защищённую с трёх сторон каменными плитами. Это была ниша. Она служила, очевидно, укрытием для сторожевого поста. Неподалёку от ниши под тонким слоем земли были обнаружены первые находки: несколько чугунных ядер, шесть курительных солдатских трубок из глины и две конские подковы. 
Наступил вечер, и мы прекратили работу. Утром учитель привёл нас к другому углублению в земле.
- Подземный ход находится где-то здесь, близко, - сказал он.
Опять дружно заработали лопаты. Провал стал расширяться и повёл нас куда-то вниз. Мы поняли, что перед нами выложенная кирпичом галерея.
- Зараз тильки копай, - послышался уверенный голос старшины. Слежавшаяся земля забила вход. Людям приходилось трудно, но все работали с подъёмом – одни копали, другие отгребали землю и разрыхляли комочки руками, проверяя, нет ли в них каких-нибудь предметов. Работа шла медленно. Узкий подземный коридор затруднял движения. Копать могли уже только двое. Но вот и двоим стало тесно. Работу продолжал один. Прошло несколько томительных часов тяжёлого труда. Вдруг… Красноармеец отбросил лопату и стал разгребать землю руками. Через минуту он поднял небольшой предмет, стряхнул с него землю, и мы увидели великолепную фарфоровую миску с чудесным рисунком по краям.
- Теперь копать только ножами, - проговорил Ириней Фёдорович и скрылся в углублении.
Учителя пришлось ждать недолго. Вот он появился на свет, держа в руках две фарфоровые миски. Глазировка на них потрескалась, но замысловатый рисунок синего цвета на белом фоне хорошо сохранился.
 Мы продолжали работу.
Проход становился всё более тесным, копать приходилось стоя на коленях, электрические фонарики светили тускло. Темнота и спёртый воздух вынудили нас прекратить раскопки.
В тот же вечер пришлось распрощаться с красноармейцами. На рассвете они уходили с полком на маневры. «А что, если обратиться к Иринею Фёдоровичу?» - подумал я.
- Дело поправимое, - сказал учитель, выслушав меня. – Завтра я приведу к вам своих учеников. Мне кажется, - продолжил он, - следовало бы нам на этот раз покопать у Генуэзской башни, там, где, по преданиям, стояли когда-то дома жителей Измаила.
На следующий день работа закипела. Ученики проворно орудовали лопатами. Ребятам не терпелось поскорее отыскать что-нибудь интересное. Поднимая лопату с землёй, Иван Баталов увидел черепок, поднял его и отбросил в сторону. Это заметил Ириней Фёдорович, наклонился и, взяв в руки, пояснил, что это осколок фарфоровой тарелки. Пока мы рассматривали черепок, ребята принесли ещё четыре.
- Копайте осторожней, - приказал учитель.
Черепков становилось всё больше и больше. Сомнений не оставалось: мы откопали осколки битой посуды из дома обитателей крепости.
Работы подходили к концу. Ребята перебирали землю пальцами, чтобы не упустить ни малейшего кусочка фарфора. Пришлось собрать всю землю, в которой нашли черепки, и промыть её в ведре с водой. На дне ведра иногда удавалось обнаружить небольшие осколки тарелки. Собрав все черепки, мы продолжили раскопки. Нам повезло: под обвалившейся каменной плитой были найдены три старинных светильника – один бронзовый и два терракотовых, из обожженной глины. Четырнадцатое-пятнадцатое столетие, определил Ириней Фёдорович.
На следующее утро, поднимая полуразбитые, много лет лежавшие глубоко в земле плиты, мы нашли несколько фигурок из терракоты, среди них – вакханку, Венеру Милосскую и другие женские статуэтки. Как завороженные, мы смотрели на великолепные образцы скульптур далекого прошлого. До чего были хороши вакханка и Венера! По исполнению им не уступали и маленькие фигурки девушек. Иван Баталов пристально посмотрел на находки и воскликнул:
- Все они одинаковые!
- Совершенно верно! Головки девушек на один манер! Вакханка и Венера не в счёт: они сделаны по особому заказу, - усмехнулся Ириней Фёдорович. – Мы с вами находимся в мастерской скульптора эпохи римского владычества.
Что можно было ответить на это учителю? Много на свете происходит удивительных историй, но чтобы так сразу, средь бела дня, попасть в мастерскую римского скульптора…
Мы уже не ходили к Генуэзской башне, а думали, как из разрозненных кусочков собрать целую тарелку. 
- Ребята, несите глину! – приказал вдруг учитель.
Когда глину принесли, Ириней Фёдорович взял большой кусок и сделал круглую лепёшку.
- Подушка готова! Теперь кладите на неё черепки по рисунку, словом, решайте ребус, - сказал он. И мы решали головоломку из фарфоровых черепков, подбирая кусочки по рисунку и линиям разрыва. Лишь на одиннадцатый день удалось, наконец, собрать на глине все кусочки. Перед нами была тарелка с очень мелким красивым рисунком. Учитель приготовил гипсовую массу и перенёс на неё черепки. Тарелка теперь уже лежала на гипсовом основании. Прошло несколько месяцев. Фигурки вакханки и Венеры поступили в сокровищницу Эрмитажа. В каталоге музея значится просто – дар от бессарабских школьников.
Не менее ценный подарок от них получил и Суворовский музей в селе Кончанском. Если вы там когда-нибудь побываете, то увидите в витрине под стеклом фарфоровую тарелку, собранную из шестидесяти восьми кусочков, и другие дары Измаила.

 



Загрузка...